Теплая, слегка покалывающая волна пролилась по всему его телу. Странное ощущение это длилось всего несколько секунд, но, когда оно ушло, он был уже не просто Олвином. Что-то еще, что-то новое разделяло его сознание, накладываясь на него, как один круг может лечь на. 0н отдавал себе отчет и в том, что вот рядом — сознание Хилвара, и тоже как-то связанное с тем самым созданием, которое им только что повстречалось.

Ощущение это не было неприятным, скорее — просто новым, и оно-то и позволило Олвину впервые испытать, что это такое — настоящая телепатия, способность, которая в его народе ослабла настолько, что теперь ею можно было пользоваться только для того, чтобы отдавать команды машинам. Когда Сирэйнис пыталась овладеть его сознанием, Олвин немедленно взбунтовался, но вот этому вторжению в свой разум он сопротивляться не. Во-первых, он почувствовал, что это было бы просто бесполезно.

А во-вторых, это вот создание, чем бы оно там ни было, никак не представлялось недружественным, Он расслабился, безо всякого сопротивления воспринимая вторжение интеллекта, бесконечно более высокого, чем его собственный, исследующего сейчас его мозг. Но тем не менее он был не совсем прав. Вэйнамонд сразу же увидел, что одно из этих двух существ значительно более восприимчиво и относится к нему с большей теплотой, чем другое.

Сам он мог в мгновение ока покрыть расстояние между Лизом и Диаспаром. Одна из целей. была достигнута, но теперь это уже не казалось таким уж важным. И все же он был очень рад.

От этого толку было мало, и Алистра ничего не поняла. Но ни одна машина добровольно не выдавала информации больше, чем у нее просили, а искусству формулирования правильных вопросов нередко приходилось долго обучаться. – Как я могу встретиться с. – спросила Алистра, решив, что вопрос с мониторами выяснит, когда доберется до. – Я не могу сказать тебе без разрешения Совета.

Дело приобрело совершенно неожиданный, даже смущающий оборот. В Диаспаре почти не было мест, запрещенных для посещения.

Эристон и Этания посвятили воспитанию Элвина не более трети своего времени, сделав все, что от них ожидали. Обязанности Джезерака состояли в воспитании Элвина в более формальном смысле. Считалось, что родители обучат его, как вести себя в обществе и введут в непрестанно расширяющийся круг друзей; они были ответственны за характер Элвина, тогда как Джезерак – за его разум.

– Я нахожу, что ответить на твой вопрос весьма трудно, – произнес Джезерак.

Элвин был готов к этому и даже испытал удовлетворение от того, что обнаружил пределы всемогущества своего спутника. Скорее всего, робот даже не слышал о существовании Эрли, так что положение деревушки никогда не записывалось в ячейки его памяти. Немного повозившись, Элвин подвел свой корабль к склону того холма, с которого он впервые увидал Лис.

Управлять машиной было очень легко: он лишь указывал общее направление, а робот заботился о мелочах. Опасные или невыполнимые приказы робот, вероятно, просто игнорировал; впрочем, Элвин и не собирался отдавать таковые без надобности.

Он был уверен, что его прибытие осталось незамеченным. Для Элвина это было весьма важно, поскольку он не имел желания снова вступать в мысленный поединок с Серанис.

Его планы были пока смутными, но он не хотел рисковать, не установив предварительно дружественных отношений. Робот мог быть его послом, сам же он в безопасности останется на корабле.

С приближением к вершине вид почвы резко изменился. Нижние склоны горы представляли собой пористый вулканический камень, повсюду громоздились шлаковые осыпи. Здесь же поверхность земли обратилась в твердые, стекловидные слои, гладкие и коварные.

Пока этот миг, не имевший, казалось, временной протяженности, не запечатлелся в его сознании, никто не беспокоил Джезерака. Наконец, когда Джезерак убедил себя, что это и в самом деле уже не сон, он повернулся к своим спутникам. – Благодарю тебя, Джерейн, – сказал. – Я никогда не верил, что тебе это удастся. Психолог, очень довольный собой, осторожно регулировал что-то в висевшей рядом с ним в воздухе небольшой машине.

– Временами ты заставлял нас беспокоиться, – признался.

– Раз или два ты задавал вопросы, на которые нельзя было дать логичного ответа, и я уже опасался, что вся согласованность – А если бы Ярлан Зей не убедил меня – что бы вы тогда – Мы бы отправили тебя, не приводя в сознание, обратно в Диаспар, где ты проснулся бы естественным образом, даже не догадавшись, что побывал в Лисе.

Здесь такое вряд ли возможно: я уверен, что абсолютно вся система – рукотворная. Во всяком случае, мы сможем разглядеть из космоса, есть ли где-нибудь города и дома. Хилвар указал на робота. – Задача решена за. Не забывай: наш проводник уже был .

М-м. трудностей. — Ровно никаких,– ответил Олвин, решивший еще больше усугубить их замешательство. И понял, что своего добился. — Я вернулся, — продолжал он, — по своей доброй воле и в связи с тем, что у меня есть для вас кое-какие важные новости. Тем не менее, помня о наших былых расхождениях, я в настоящий момент нахожусь вне досягаемости.

Если я появлюсь здесь лично — обещаете ли вы не пытаться снова задержать Некоторое время все молчали, и Олвину было страшно интересно, какими мыслями они обменивались сейчас в этой тишине.

Затем от имени всех заговорила Сирэйнис: — Мы не станем снова пытаться контролировать. впрочем, я не думаю, что в прошлый раз мы добились в этом больших успехов.

— Вот и хорошо,– ответил Олвин.

Да,– ответил Джизирак, и при этом он был настолько близок к смущению, как Олвин еще никогда за ним не замечал. — Это нелегко и уж, во всяком случае, мало приятно, но, знаешь, это стимулирует, стимулирует. — А как он работает. — Он взял за основу наши саги.

Он сумел проследить ее на некоторое расстояние, пока ближе к центру озера все следы не затерялись в глубине. Темное озеро поглотило крепость. Внизу лежали руины некогда могучих сооружений, опрокинутых временем. Но под воду ушло не все – у дальней стороны кратера Элвин теперь заметил бесформенные груды камней и огромные блоки, из которых, должно быть, некогда слагались массивные стены.

Воды уже плескались вокруг них, но еще не поднялись настолько, чтобы одержать окончательную победу.

– Обойдем вокруг озера, – сказал Хилвар тихим голосом, словно величественное запустение наполнило благоговением его душу. – Может быть, мы найдем что-нибудь в этих развалинах. На первых сотнях метров стенки кратера были такими крутыми и гладкими, что держаться прямо было непросто.

Но затем они достигли более пологих участков и пошли с легкостью. У края озера гладкая чернота поверхности была скрыта тонким слоем почвы, должно быть, нанесенной сюда ветрами Лиса за долгие Циклопические каменные блоки были навалены метрах в трехстах отсюда, подобно брошенным игрушкам ребенка-великана.

Кое-где еще можно было распознать часть массивной стены; два резных обелиска обозначали некогда величественный портал.

Speed Dating Event